Category: наука

восток

про ледяные иглы, шурф, космическую пыль, полярный загар и антарктическую инспекцию

15 января, суббота.
Температура днем -25, ночью -37°С. Пока погода в этом сезоне на удивление мягкая, всего 3 дня с сильным ветром было (не сглазить бы опять). Год на год не приходится, помню сезоны, когда дуло чуть ли не каждый второй день... Несколько раз случился снегопад. Впрочем, «снегопад» на Востоке - это совсем не то, что вы себе представляете. Тут не увидишь пушистых хлопьев и хоровода снежинок - снежные зерна такие маленькие, что снегопад запросто можно не заметить. Но даже и такой «снег» наблюдается всего несколько дней в году, а в основном осадки здесь выпадают в виде «ледяных игл» - мельчайших (доли миллиметра) льдинок, едва различимых глазом. Заметить их можно лишь если смотреть в сторону Солнца, прикрыв светило рукой - тогда в воздухе видны крошечные вспышки света, отраженного гранями ледяных кристаллов..... Видимо, поэтому другое название этого явления - «алмазная пыль».

Пользуясь хорошей погодой, за 3 дня завершил работы в снежном шурфе. Шурф - это такая яма, которая роется для того, чтобы изучать снежную толщу и отбирать всякие образцы. То есть, идея такая же, как и с ледяным керном - изучать, что было в прошлом - но если керн дает возможность заглянуть на тысячи и сотни тысяч лет назад, то шурф - на несколько десятков или сотен лет. Оптимальная глубина шурфа - порядка 3 метров, столько можно легко выкопать, имея из инструментов лишь одну лопату. Максимальная глубина ограничена лишь временем и силами. Мой рекорд пока - 12 метров... Впрочем, за счет того, что осадков на Востоке выпадает очень мало, возраст снега на глубине 3 метров составляет уже 50 лет.

Копать, конечно, непросто, особенно в условиях центральной Антарктиды (спасибо Сергею, Витале и Саше, которые помогали мне в этом деле). Но эта работа, по крайней мере, не дает замерзнуть. А вот изучать строение снежной толщи, отбирать образцы - удовольствие совсем иного рода. Многие вещи приходится делать, кропотливо копаясь в снежку пальцами, защищенными от мороза лишь тонкими перчатками, а температура на глубине 3 метра около -50 градусов.

В этот раз шурф у меня был «стандартного» размера: 3 метра глубиной, 2 метра шириной. Помимо работ по собственной программе, обычно приходится выполнять заказы разных ученых, которым вдруг занадобился антарктический снег. На этот раз снег с Востока потребовался сотрудникам московского Физического института Академии наук, которые занимаются изучением... космической пыли! Искать на Земле космическую пыль гораздо труднее, чем иголку в стоге сена, поскольку на одну пылинку из космоса приходятся тысячи наших, земных. Где на планете лучшее место для сбора космической пыли? - правильно, там, где меньше всего пыли земной - то есть, в центральной Антарктиде. ФИАНовцы не стали мелочиться и попросили сразу полторы тонны снега - пятнадцать двухсотлитровых бочек. Причем наполнять эти бочки пришлось специальными стерильными совочками, одевшись в специальный стерильный комбинезон - чтобы не натрясти грязи с одежды. В общем, ученые полны затей - а гляциолог потей.
Впрочем, 1,5 тонны снега - не так и много для подобного исследования, поскольку из этой кучи породы им удастся извлечь всего лишь около 0,35 грамм космического материала...

После всех этих работ на свежем воздухе лицо покрылось таким загаром, какой не получишь ни в солярии, ни на курорте. Ох уж мне этот «загар полярника» - темное лицо и девственно белая кожа от шеи и ниже. На обратном пути, в Кейптауне, постараюсь немного выровнять окрас тела.

Тем временем транспортный поход, который везет нам топливо со станции Прогресс, прошел половину пути, около 700 км.

А несколько дней назад на Востоке были гости: с ближайшей к нам базы, франко-итальянской Конкордии (560 км отсюда) на несколько часов прилетели три австралийца. Цель визита - инспекция нашей станции на предмет чистоты, экологической обстановки и т.д. Такие взаимные визиты экспертов разных стран друг к другу - нормальная практика, предусмотренная Договором об Антарктике. Добрую половину времени австралийцы провели на буровой, просмотрев ставшую уже стандартной развлекательную программу для гостей - извлечение керна из снаряда, экскурсия в кернохранилище, лекция о палеоклимате и озере Восток. Один из визитеров оказался гляциологом (правда, специалистом не по наземному, а морскому льду), и у меня с ним нашлись общие знакомые, так что, было, о чем поговорить. Не знаю, что они напишут в своем отчете насчет чистоты станции, но думаю, что приемом они остались довольны...
восток

НОВЫЙ БЛОГ из АНТАРКТИДЫ у меня в жж

Дорогие друзья,
хочу представить вам ученого, гляциолога и полярника Алексея Екайкина ekaykin

Алексей работает в Институте Арктики и Антарктики в Петербурге, изучает настоящие и прошлые изменения климата в центральной Антарктиде, участвует в проекте исследования подледникового озера Восток на Полюсе холода Земли.
Куда он и держит путь в настоящий момент в составе 56-ой Российской Антарктической экспедиции.

В данный момент НЭС «Академик Федоров» с Алексеем на борту движется из Кейптауна на станцию Молодежная. Затем, к 22-ому декабря судно должно подойти к Прогрессу. Оттуда начнутся полеты на Восток, куда Леша и надеется попасть как раз к Новому году.

А я, в свою очередь, надеюсь встретить Новый год вместе с Лешей, виртуально, посредством его прямых репортажей, которые он доверил мне публиковать в жж!

59.35 КБ

Сезон на Востоке продлится чуть больше месяца. А в начале февраля – опять самолетом на Прогресс, где полярников уже будет ждать корабль…

Итак, 2 с половиной месяца в Антарктиде, из них 5-6 недель на станции Восток…

132.50 КБ
фотографии Алексея Екайкина

Посты от Леши будут сопровождаться тэгом АЛЕКСЕЙ ЕКАЙКИН. В комментариях наверняка будут возникать вопросы, на какие смогу – буду отвечать сама (друзья-бывалые полярники, помогайте, пожалуйста). Но очень прошу делать скидку, - я сама нахожусь в Москве (пока еще…), с Лешей связь односторонняя (сейчас, по крайней мере, пока он на Фёдорове, как будет на Востоке, не знаю, - проверим), а я могу многого просто не знать.

У Алексея это уже седьмая поездка на Восток. И прежде чем опубликовать первую Лешину «телеграмму» с Фёдорова, краткий экскурс в историю для всех желающих - следующим постом…
антарктика

прощание

Вот и закончилась моя зима.
Последние дни на станции выдались напряжёнными. Перевели часы, живём теперь по Гринвичу, почти не спим. В бухте уже стоит Академик Фёдоров, ребята заканчивают разгрузку – погрузку, вещи собраны, дела переданы сменщикам. Отчаливаем после обеда.

68.21 КБ

Стараюсь ни о чём не думать. В горле комок. Я знаю, пора домой, я очень соскучилась по родным и близким, много дел впереди, но сердечко рвётся на части и никак не желает расставаться...

273.37 КБ

Нас ожидают две недели пути до Кейптауна. На корабле не будет интернета. Но у меня будет время. Написать недописанные истории, разобрать неопубликованные фотографии. И я обещаю Вам ещё несколько антарктических постов с картинками, как только мы доберёмся до Южной Африки.

В каком режиме журнал будет существовать дальше, я не знаю. Может, это будут мысли по ходу монтажа фильма, наверняка - видеоролики. Но в любом случае, журнал будет жить, как минимум, до премьерного показа. Оставайтесь на связи! И спасибо вам за всё.

346.96 КБ
антарктика

Китай в Антарктиде

Небольшая фото экскурсия по китайской станции Great Wall. Всё здесь, в принципе, - как обычно, на полярных станциях – 12 зимовщиков, метеонаблюдения, наблюдения биолога, вахты механиков и так далее.
И, как обычно в Китае, активное строительство – несколько новых, еще незавершённых двухэтажных зданий – там и площадка для бадминтона, и просторные лаборатории для учёных, предполагается интернет-кафе, потому что китайский интернет – самый быстрый на острове. Я уже писала об этом как-то раньше.

162.44 КБ

225.57 КБ

Collapse )
антарктика

что есть что - метео

Не прошло и ровно семи месяцев, как я, наконец-таки, затеяла серию постов под условным названием «Белл. Кто есть кто и Что есть что». Открывает цикл метеоролог и его метеоплощадка...

***
Если есть метеоплощадка – значит, есть полярная станция. С нее всё, собственно, и начинается. Ежедневные наблюдения за погодой – основная научная функция полярной станции.
Поскольку на острове Кинг Джордж мы обосновались первыми (станция существует с 22 февраля 1968 года), то и метеонаблюдения у нас, по сравнению с соседями, охватывают самый длительный срок.

Место расположения нашей станции репрезентативно, то есть похоже на бОльшую часть острова. Сама метеоплощадка находится на уровне моря, горизонты не закрыты, все другие стандарты также совпадают с принятыми в ООН. Должна быть высота мачты – 10 метров, у нас – 10 метров, положено мерить температуру на высоте двух метров – значит двух. У наших иностранных соседей не совсем всё так. У кого как.
Чилийцы, например, во многом работают на аэродром. То есть их метеостанция заточена таким образом, чтоб всегда знать наиболее точный прогноз погоды на взлётно-посадочной полосе.

У нас задачи иные. Метеонаблюдения с «Беллинсгаузена» используют как для конкретных прогнозов погоды на острове, так и для исследований климата в глобальных масштабах. Антарктида влияет на климат всей планеты. Воздух, нагретый на экваторе, движется к полюсам. На полюсах – охлаждается и затем спускается обратно. По принципу тепловой машины.
Метеоданные нужны также всему научному сектору станции. Орнитологам: когда птицы улетели, когда прилетели, когда стали выводить птенцов, сколько особей погибло, и как это связано с климатическими условиями минувшего года. Гляциологам: когда началось таяние льда, насколько интенсивно etc. Биологам, гидрологам, океанологам, географам, мерзлотоведам. Короче, всем.

Виктор Алексеевич Перский – наш метеоролог – спит на станции меньше всех. У него четыре срока мониторинга через каждые шесть часов, по Гринвичу. В переводе на наше время - в 8 утра, в 2 часа дня, в 8 вечера и в 2 часа ночи. В любую погоду – в любой мороз и ветер.

Наша метеостанция – полуавтомат. Данные с электронных датчиков поступают к Виктору на компьютер – это температура, влажность, прямая солнечная радиация, скорость и направление ветра. Видимость, облачность, осадки измеряются вручную. Количество осадков – старым дедовским способом – осадкомером Третьякова. Есть такая стойка-сосуд. Она сконструирована таким образом, что в ведёрко попадает ровно столько осадков, сколько падает сверху. То есть сбоку – не задувает и не выдувает. Дважды в сутки в этом ведре Виктор растапливает снег и по количеству делений определяет миллиметры.

241.24 КБ

Collapse )
антарктика

заметки на полях

***
Когда спустя какое-то время (полгода, например) перечитываешь свои личные дневники, (а там, например, - установки самой себе – что делать и как – в определенной насущной проблемной ситуации, которая требует усилий воли) каждый раз думаешь – ну как же всё просто, элементарно, очевидно! И я же всё-всё знала уже тогда, когда писала это, всё понимала правильно, всё раскладывала по полочкам. Зачем же я, тем не менее, поступала иначе?! Почему же не находилось сил?! Где они были, мои силы?! Почему отдельно от разума?!

Collapse )
антарктика

Pseudoboeckella poppei

Конец моим экзистенциальным сомнениям! Биолог Виталик взял меня к себе в постоянные помощники. Теперь и от меня будет вполне себе прикладная польза фундаментальной науке :)

Виталик у нас самый молодой представитель зимовки. Ему 26. Он из Ростова на Дону. В Антарктиде первый раз. До этого изучал Каспий, Черное и Азовское моря. Занимается зоопланктоном.

Планктон, как мне сегодня поведали, это вся та живность, которая существует в водоемах и не может перемещаться самостоятельно. То есть целиком и полностью зависит от ветра, течения и прочих факторов.

Кстати, у Володи Кирьянова в «Антарктических зарисовках» я читала, что общая биомасса криля (крохотных рачков, которые питаются еще более крохотными рачками, и, в свою очередь, питают собой рыб, которые, в свою очередь, питают собой нас) в Антарктических водах превышает биомассу ВСЕГО ЧЕЛОВЕЧЕСТВА на Земле. По подсчетам ученных, криля в Антарктике – около 50 миллиардов тонн!

Collapse )
антарктика

обормоты

Про баню рассказывать и показывать сегодня не буду. Я не рассчитала силы, перегрелась и у меня разболелась голова.
Около 120 градусов. Кровушку разогнало – будь здоров! Но это – еще один способ удержать форму, за которую я начинаю уже не на шутку волноваться… Владимир Федорович – наш повар – готовит настолько вкусно, что мой организм моментально привык к трехразовому питанию!

Так вот – баня, обед, потом генеральная уборка. Это субботний режим. Под баню выдают пиво и сок ))
А рабочая неделя здесь не заканчивается никогда. На наших станциях в Антарктиде не бывает выходных - и только по возвращению на Большую Землю полярники получают свои субботы и воскресенья в виде четырехмесячного отпуска.

А вот у чилийцев все не так.
Сегодня мы с начальником заехали на базу «Капитания» - это одна из трех чилийских баз на острове. Морская. Есть еще военная – там живут офицерские семьи. И научная. Но на зимовку из «науки» остается только один чилиец.
Мы хотели нанести дружеский визит с небольшим презентом. Нам открыли два чилийца и сказали, что начальник спит. А было что-то около 10 – 11 утра. (Это при том, что на нашей станции жизнь начинается в 7 – в 7:30). Мы попросили позвать зама. Зам тоже спит – ответили чилийцы. «Обормоты», - сказал Александр Иванович, и мы ушли восвояси несолоно хлебавши.

И вот что удивительно – у чилийцев, активно претендующих на Антарктиду, стоит на базе Collapse )